«Это самое безопасное место, которое можно придумать»: как россиянка выживала в тюрьме в США

В январе 2026 года две девушки из Самары были арестованы на военной базе Camp Pendleton в США. Они искали кофейню, но оказались на территории, которая строго охраняется. И в результате угодили за решетку. Сейчас, когда подруги уже на свободе, редакция 63.RU связалась с одной из них — Натальей. Она рассказала, что на самом деле произошло в тот день, как относятся к заключенным в американской тюрьме и грозит ли ей теперь депортация.

— В США я приехала в декабре 2021 года. Решение было достаточно сложным, так как мне пришлось оставить всё, что у меня было. Всё, что было заработано честным трудом, — рассказала Наталья. — Со мной была только маленькая дамская сумочка, в ней пара флаконов духов и базовая косметика.

Работу Наталья нашла достаточно быстро: в течение трех дней. Почти сразу после того, как получила разрешение работать в США.

— Работа была непростая: уборка домов после принудительного выселения. То есть там, где люди не выплачивали ипотечные взносы и были выселены судом. Чаще всего приходилось иметь дело со зданиями, в которых, откровенно говоря, жили представители маргинальных слоев общества, не все клинеры соглашаются на такую работу. Также был опыт в доставке. Но постепенно я нашла стабильную работу, — рассказала наша героиня.

Однажды Наталья и ее подруга решили съездить в Сан-Диего. По пути захотели выпить кофе. Тогда-то всё и началось.

— Мы нашли ближайший Starbucks. До одного было ехать 15 минут, до второго — 25 минут по трассе. Решили выбрать тот, до которого добираться быстрее. Там был такой интересный поворот — петелькой — и табличка. На ней было написано «военный музей». Никаких запрещающих или ограничивающих проезд знаков. Съехав с поворота, ты оказываешься в зоне видимости КПП. Он находится на небольшом возвышении, фактически у тебя нет возможности увидеть даже краем глаза с очень хорошим зрением, что происходит за ним. По закону, если ты видишь какой-то контрольно-пропускной пункт, ты не имеешь права развернуться и уехать, ты должен обязательно показать свои документы, рассказать, кто ты, — рассказывает Наталья.

Девушки подъехали к КПП, предъявили документы по просьбе стоявшего там молодого человека. Тот уточнил: гражданками какой страны являются посетители?

— Я сказала: «Россия». И молодой человек ответил, что по рангу не имеет права общаться с иностранными гражданами, но и не может позволить нам стоять на проезде. Нас попросили проехать на парковку. Мы сидели на парковке, ожидали сотрудника, может быть, где-то полчаса. Пришёл более высокоранговый marines (военный элитных подразделений морской пехоты. — Прим. ред.) Он спросил: «Где ваше разрешение заезжать на эту парковку?» Я сказала: «У меня нет. Нас просто попросили сюда проехать». У военного глаза округлились, и он сказал: «Окей, тогда мы сейчас будем проверять все ваши документы. Давайте всё, что у вас есть». Мы реально отдали абсолютно всё: разрешение на работу, российские паспорта, водительские удостоверения, номер социального страхования… И на этой парковке мы провели несколько часов. Но мы были не единственные, кто туда попадал. За то время, пока мы стояли, заехали около 15 машин. Сотрудники их тоже проверяли, но выпускали минут через десять, потому что у всех были американские паспорта, — рассказала собеседница редакции 63.RU.

Затем к машине подошёл еще один сотрудник. Он уточнил, куда направляются девушки и какие у них планы.

— Я показала, что забронировала ресторан, запланировала родео, заказала чизкейки — все планы на тот день. Военный покачал головой и сказал: «Выйдите, пожалуйста, из машины, возьмите всё необходимое». Тут мне всё стало очевидно. Я спросила: «Мы арестованы?» Он такой говорит: «Да. К сожалению, вы заехали на военную базу без соответствующих документов». Я рассердилась и возмутилась: «Вы же сами попросили заехать!». Он говорит: «Это регламент». Я спрашиваю, какой регламент? Здесь не указано, что въезд ограниченный! Откуда тогда Starbucks на карте?! Я же до этого смотрела: там не одна эта кофейня в поле стоит! И пиццерия есть, и McDonald's, и KFC! — с негодованием отметила Наталья.

Оказалось, что все эти кафе и рестораны — исключительно для сотрудников военной базы и их родственников. Все посещения — строго по специальному разрешению.

— Теоретически — закон не нарушен. Starbucks есть? Есть. Доехать можно? Можно. Но в данном случае сработала фраза «незнание закона не освобождает от ответственности», — говорит Наталья.

Перед тем, как на нарушительниц надели наручники, их отвезли к миграционным офицерам на этой же военной базе. У подруг забрали вещи.

— Нас базово обыскали: проверили карманы. После этого нам сделали трансфер в тюрьму в Даунтауне Сан-Диего (исторический район города. — Прим. ред.). Там был потрясающий сотрудник, к сожалению, не запомнила его фамилию. Он ходил со всеми документами и показывал своим коллегам, что у меня есть официальный пароль (разрешение. — Прим. ред.) на нахождение в стране, работу, что я плачу налоги. Но, к сожалению, более высокопоставленные сотрудники его не слушали и приняли решение перевести меня в миграционную тюрьму. Все потому, что мы — не граждане США, — делится Наталья.

Уже утром следующего дня россиянка была в тюрьме.

— Если коротко, то миграционная тюрьма — самое безопасное место, которое только вообще можно придумать. Никаких острых предметов, вся еда несоленая, неперченая. Дают только варёное. Когда ты находишься там, тебя сводят с ума отсутствие контроля над собственной жизнью, а не какие-то физические ограничения или пытки — такого здесь вообще нет и быть не может. Никаких домогательств: есть специальные службы и сотрудники, которые за этим следят. Плюс настроена система контроля офицеров: можно пожаловаться более высокопоставленному сотруднику в обход того, который к тебе приставлен, — поделилась особенностями жизни в миграционной тюрьме Наталья.

Конечно, мы не могли не задать вопрос: а был ли ярко-оранжевый костюм, как показывают в американском кино?

— Да, костюм, который показывают в кино, оранжевый, с надписью «Заключенный». Я была обязана его носить, — говорит Наталья.

Россиянка находилась в одиночной камере, только в последний день к ней «подселили» соседку, так как в тюрьме не хватало мест.

Вот как устроен быт в миграционной тюрьме в США:

— Расписание достаточно свободное, четкость касалась только приемов пищи: завтрак в 05:00, обед в 11:00 и ужин в 17:00. В 22:00 — отбой. Кроме того, заключенных несколько раз пересчитывают в течение дня. Все остальное время ты можешь заниматься своими делами, например, спортом. У нас был преподаватель йоги, который приходил несколько раз в неделю. Также можно заказывать сессии с психотерапевтом, ходить в библиотеку, брать оттуда книги. Была еще юридическая библиотека, где можно было изучать кейсы других заключенных, решения судов, искать какие-то подсказки. А еще в доступе были планшеты с кучей приложений: игры, переводчик. Реально можно было заниматься чем угодно. Даже рукоделием и творчеством: брать краски, карандаши, фломастеры, раскраски, бумагу. Это все доступно по запросу. Можно было изучать языки, — описала свой быт Наталья.

В тюрьме можно было устроиться на работу.

— Зарплата, конечно, небольшая — всего один доллар в день. Зато очень сильно разгружает голову и помогает не выйти из повседневной стабильности. Я работала уборщицей, потом трудилась в библиотеке — расставляла книги по порядку. А в качестве хобби я выбрала то, чем занимаюсь в повседневной жизни, своим профилем: делала прически и стрижки, — рассказала собеседница 63.RU.

У заключенных есть возможность общаться с родными.

— Коммуникация налажена. В тех самых планшетах, которые находились в свободном доступе, есть приложение для переписок. Правда, отправлять через него фото нельзя, а вот получать зато можно. Твоя семья может всегда тебя поддержать, отправить какие-то фотографии, статьи, важную информацию. Услуга платная, стоит три цента за минуту пользования. Звонить родным можно было в любое время, кроме того, которое отводится на сон. Я поддерживала связь со своим папой. Даже видеозвонок можно было заказать. Его длительность — полчаса. Официальные звонки тоже допустимы. Мне в тюрьму звонили репортеры, представляясь сотрудниками консульства и российских спецслужб. Ну там сразу было понятно, что это исключительно шкурный интерес, — рассказала Наталья.

Заключенные могут позвонить и своему адвокату. Тоже с видео и строго не под запись. Обычные же видеозвонки записываются в целях безопасности — так положено в американской системе.

— «Все, что вы скажете, может и будет использоваться против вас» — здесь так, — добавила собеседница 63.RU.

Посещение родными — один час в неделю.

— По воскресеньям к заключенным могут приезжать люди «снаружи». Но я от этой опции отказалась, потому что после такого визита всегда следует полный личный досмотр. Это немножечко выходило за рамки моей морали, поэтому я предпочла добровольно от этого отказаться, — откровенно призналась Наталья.

На момент ареста у нее уже был адвокат. Девушка очень ему признательна.

— Он взял трубку, когда нас арестовали. Он абсолютно всё мне объяснил, сказал, какой теперь план действий. Но есть и бесплатные защитники. Это называется probono, то есть, на благо общества. Это обычные адвокаты, которые для поддержания своей адвокатской лицензии должны выполнять несколько бесплатных кейсов за свою карьеру. Фактически, задача того, кто попал в тюрьму в США, — просто найти свободного адвоката, который работает по этой программе. Исправительное учреждение предоставляет список телефонов. И это реально работает. Сама видела девочек, которые пользовались услугами адвокатов probono. Они работают абсолютно идентично, никто не заинтересован проиграть кейс или сидеть и ковыряться в носу на суде, — объяснила наша собеседница.

Наталья рассказала, что никакого наказания ей не грозило.

— Ещё на военной базе я спросила: «Какой у меня будет charge (обвинение, наказание. — Прим. ред.)?» и мне сказали: «Никакого». На вопрос: «А почему тогда я здесь?» они сказали: «Потому что у вас нет синего (американского. — Прим. ред.) паспорта». К сожалению, это стандартная процедура удержания в тюрьме. Ты просто ждёшь решения Федерального суда, что твоё задержание было незаконным. И удержание также является незаконным. Так как ты не преступник, ты не совершил ничего плохого! Я не пропускала никаких миграционных заседаний, слушаний, просто находилась в очереди [на получение грин-карты]. Но, к несчастью, сейчас ситуация такова, что под арест попадают даже люди с грин-картами. Синий паспорт — это единственный оберег, чтобы не оказаться там, — разъяснила Наталья.

Наталья и ее подруга провели в тюрьме около двух месяцев. Сейчас обе на свободе и остаются в США.

— У них буквально ноль причин меня депортировать, да и предложений таких не звучало. Все мои документы поданы в срок, абсолютно все нюансы соблюдены. Теперь я буду ожидать предварительного слушания о рассмотрении моего миграционного дела. Попадание в тюрьму лишь ускорило процесс. Так что, есть и своеобразные плюсы, — отметила Наталья.

За время пребывания в тюрьме наша героиня подтянула знания английского, испанского и даже немного португальского.

— А еще чуть постройнела. Так что получила всё, чего хотела. Но морально это очень сложно. Сейчас я принимаю тройную дозу своего стандартного антидепрессанта, потому что у меня развилось посттравматическое стрессовое расстройство. Уйдёт еще примерно полгода терапии, чтобы стабилизировать мое моральное состояние. Быть в заключении — непросто. Пусть даже оно и проходит в таком лайтовом режиме. Но мыслей в голову лезет много, особенно о жилье и моих животных, — добавила Наталья.

О животных Наташа рассказала отдельно.

— Некоторые российские СМИ расфорсили информацию о том, что у меня дома умирали животные. Я могу заверить, что это было исключительно ради поднятия охватов и просмотров, потому что уже через несколько часов после ареста в моей квартире были друзья. Никто не находился в закрытом помещении, никто не голодал. У меня четыре копии ключей, которые хранятся в гараже: в доме есть уборщица, она приходит раз в месяц и сама открывает двери. Так что я планирую подать в суд на некоторые СМИ, чтобы восстановить некую справедливость относительно морали. Прозвучало слишком много личной информации, которая может расцениваться как нацеленная на меня травля: были использованы личные фотографии, фамилия, место проживания, — подчеркнула Наталья.

А вообще, новоявленная американка наслаждается той жизнью, которую построила сама.

— Я живу в одном из самых дорогих штатов США — Калифорнии. Так еще и в Лос-Анджелесе, второй столице. Как, например, Санкт-Петербург в России. Это дорогой город, туристическая Мекка, но я его обожаю. Здесь невероятное настроение, погода, много солнца, гигантские деревья, киты. Это действительно золотой штат. Я всем сердцем полюбила это место. Здесь есть космической красоты национальные парки, прекрасная природа. Да и технологиями тоже Калифорния славится: тут стартовые площадки для шаттлов SpaceX — компании Илона Маска, — поделилась эмоциями Наталья.