«Хотели проучить этого осла, что нельзя кидать бабушек». Осужденные за изнасилование мебельщика ножкой от табурета объяснились

Накануне районный суд Екатеринбурга вынес приговор пятерым уральцам. Их обвинили в разбое, похищении, неправомерном завладении автомобилем и вымогательстве. У двоих подсудимых плюсом была еще одна тяжкая статья — «Насильственные действия сексуального характера». По версии следствия, летом 2024 года несколько молодых людей похитили мебельщика. Сделали они это после жалобы своего знакомого бизнесмена, владельца спа-салона: потерпевший взял у него деньги, но не выполнил вовремя заказ.

Провинившегося отвезли в его мастерскую, там заставляли работать, делать заказ, вымогали деньги, били, издевались над ним, угрожали пистолетом, а потом надругались с помощью ножки от табурета.

Следствие и суд длились почти два года. За это время выяснилось, что сам мебельщик годами обманывал своих клиентов. Несколько пострадавших написали коллективное заявление в полицию, указав, что мастер брал деньги на ремонт мебели, заключал договор и просто пропадал, не выходя на связь. В возбуждении уголовного дела им в итоге отказали, не помогли и жалобы в прокуратуру.

Перед вынесением приговора наши коллеги из E1.RU встретились с тремя обвиняемыми по делу. Они отрицают тяжкие статьи: «Изнасилования не было, только побои». По их словам, досталось мебельщику за дело. Ниже — их версия и итоги суда.

Все трое собеседников — спортсмены. Сергей 16 лет играл в одной любительской хоккейной команде. Андрей — бывший пловец, а еще занимался рукопашным боем, кстати, почетный донор крови. Александр увлекался боксом. Прежде не судимы, к административной ответственности не привлекались.

— Мы не бандиты, не ОПГ, не рэкетиры, — говорит Сергей. — Все работали в охранном бизнесе.

По их словам, криминальная история началась с того, что несколько товарищей вызвались помочь своему знакомому бизнесмену (владельцу спа-салона Александру Загвоздину). Он пожаловался им на некоего мебельщика: что тот когда-то взял у него в долг 300 тысяч. До этого мебельщик делал бизнесмену какие-то заказы, они общались. И вот в трудную минуту он якобы обратился за помощью к бывшему заказчику.

— Надавил на жалость, что ситуация тяжелая, нечем кормить детей, а у него их семеро, — рассказывает Александр. — Ему дали деньги в долг без всяких расписок. Сначала что-то отдал, потом перестал выплачивать. Бизнесмен понял, что отдать тому не с чего. Предложил простить долг, а тот сделает ему мебель на заказ в его парикмахерскую. Мебельщик согласился, взял еще 40 тысяч на материалы, забрал стол для образца — а потом пропал, перестал отвечать на звонки, читать сообщения. Мы решили помочь.

— Просто помочь?

— Да, мы всем готовы помочь, кто к нам обратится. Если бы вы обратились, вам бы помогли.

Дальше события развивались так. Александр позвонил мебельщику как заказчик, пригласил к себе в квартиру: мол, нужна новая обшивка на диван. Ждал его там с друзьями.

— Начал с обычного диалога, потом перешел к делу. Он начал уверять, что мебель сделана и стоит у него в мастерской. Говорю: «Поехали, заберем».

До мастерской доехали на двух машинах. Одна из них мебельщика, за рулем при этом был один из парней, друг Александра Егор.

Спустились в мастерскую, увидели, что ничего не сделано: «Только каркас и еще куча старой мебели». Подъехал заказчик мебели, бизнесмен. Дальше, как нам говорят, начался словесный конфликт.

— Он разблокировал телефон. Хотели спросить с него, почему игнорировал сообщения, — а в телефоне вал сообщений от других заказчиков, которых он также кинул. Годовая переписка. Женщина пишет: «Я одна ребенка воспитываю, копила эти деньги на диван, верните хотя бы аванс». Или подпись [контакта] «детский сад»: «Когда будет заказ?» Всё это он игнорировал. В той же переписке сообщение от его взрослого сына. Как мы потом узнали, у него дети от разных браков и задолженность по алиментам по 300 тысяч. Так вот, сын ему писал, просил: «Папа, пожалуйста, верни деньги, я ради тебя у друга занимал». И еще мерзкие фото со свингер-пати: голые мужики, пары обнаженные, все друг друга оценивают.

Да, человек вызвал отвращение к себе, негатив. Как можно так с людьми поступать? Он же понимает, что эти простые люди ничего ему не сделают! Месяцами ему писали. Разозлился, надавал пощечин. Потом оставили одного из наших на пару часов, чтобы убедиться, что тот начал работать. Никто у него не забирал ни телефона, ни ключей от машины, он спокойно выходил на улицу курить. Вечером приехали, посмотрели, что часть работы уже сделана. Вот, говорю, можешь, когда захочешь. Обещал всю ночь работать. Я ему: «Не надо быстро, надо, чтобы ты нормально работу сделал свою». При мне он позвонил жене, сказал, что задержится. Она ему: «Да мне-то что», трубку бросила. Ладно, думаем, это их дела. Единственное, мы на ночь взяли в залог инструмент. Говорим: «Где гарантия, что ты придешь утром?» — рассказывает Александр.

На второй день «контролеры» приехали снова. Объем выполненной работы проверяющих не устроил.

— Вот как было, когда мы уезжали, всё так и осталось. То есть человек с утра ничего не делал! Сказал, что ему красок не хватает. Мы купили ему краски, сигарет, воды, какие-то батончики сладкие. Только работай! Он спокойно мог выходить. Мы уже сами с ним эту мебель начали колотить, чтобы быстрее всё закончить.

Впрочем, наши собеседники отмечают, что «совместный» рабочий процесс проходил не очень гладко.

— В общем, да. Была у нас словесная перепалка, я ему пощечин надавал и ударил в глаз, так что у него синяк остался, — признается Александр. — Ну устали мы уже от него! Или спрашиваю, почему так плохо покрасил. Он: «Краска плохо ложится». Я не выдержал. Сейчас, говорю, покажу, что всё нормально ложится. Взял баллончик, ну и на спине ему нарисовал… скажем так, ракету. Неприличный, конечно, рисунок, но никакого изнасилования не было! Думаю, он пошел в полицию после того, как мы в тот день его припугнули: «Сейчас других пострадавших найдем и приведем, будешь им еще работу заканчивать». Тут он занервничал, психовать начал.

На третий день мебельщик написал, что закончил работу, можно забирать. Поехали Александр, Сергей и заказчик-бизнесмен.

— Друг мой поехал с нами за компанию. Он не при делах, ничего не знал, просто поехал помочь мебель погрузить в «Газель», — говорит Александр.

По его словам, когда все спустились, мебельщик неожиданно метнулся куда-то в угол. Тут же в помещение залетели силовики в масках.

— Меня первым ударили прикладом в челюсть, — говорит Александр. — Упал. Нас всех положили на пол, в том числе друга моего, который поехал за компанию.

По словам собеседников, они находились в подвале около девяти часов, там их избивали.

— Мы уж думали, что это не настоящие сотрудники. Я такое только в сериалах видел. Мне сломали ребра, еще одному — руку, еще одному — лицевую кость (это который попал случайно), еще одному — барабанную перепонку. Никакого сопротивления мы не оказывали, — говорит Александр. — Показаний с нас тоже никаких не брали, требований не предъявляли. Зачем всё это делали? У меня был с собой травматический пистолет с лицензией, но я, конечно, не доставал его. Только просил, чтобы не били моего товарища, который вообще не при делах (по словам Александра, его друга потом отпустили, он был в статусе свидетеля, затем снова стал обвиняемым, а сейчас в розыске. — Прим. ред.). Потом нас отвезли в больницу, завели головой в пол, там спросили, есть ли жалобы. Сказали: нет. Нас до этого предупредили: «Только попробуйте что-то сказать». Потом отвезли в РУБОП. Сутки нас никто не мог найти: ни адвокаты, ни родные.

Дело передали в следственный комитет. Расследование шло около года. Обвиняемые какое-то время находились в СИЗО, потом меру пресечения изменили на домашний арест, затем — на запрет определенных действий. Молодым людям вменяли вымогательство, неправомерное завладение автомобилем, похищение и насильственные действия сексуального характера.

Александр с Сергеем утверждают, что никакого изнасилования не было:

— Первые показания потерпевшего: били, вымогали деньги, требовали мебель сделать. Потом: избивали, угрожали изнасилованием. Третьи показания: уже попытались изнасиловать. Четвертые: изнасиловали, угрожали жену насиловать. Пятое: изнасиловали, угрожали убить, жену изнасиловать при детях. Стивен Кинг отдыхает. В травмпункте, куда потерпевший сначала обратился снять побои, он ни слова не сказал о боли, о травме прямой кишки. Независимый эксперт, которого мы привлекали, заявил, что в таком случае были бы сильные разрывы, боль такая, что он не мог бы ни ходить, ни сидеть в первый же день. Судмедэкспертиза показала, что есть повреждения на слизистой прямой кишки. Они могут появиться и из-за естественных, физиологических причин, и от введения тупого предмета. С такой насыщенной сексуальной жизнью он мог как угодно получить эту царапину. Никаких разрывов нет, всё цело. На той палке [орудии насилия], которую он принес, нет ни отпечатков, ни потожировых следов, ни ДНК — ничего там не было. Где следы? В новостях говорили также, что мы снимали на видео. Телефоны у нас изъяли сразу. Если бы было видео, оно было бы главным доказательством — но его нет.

Третий наш собеседник Андрей попал в список обвиняемых спустя несколько месяцев — его не было среди задержанных. Он утверждает, что вообще непричастен к этой истории. Ему вменяют похищение, завладение имуществом, вымогательство — по версии следствия, Андрей был в мастерской в первый день. Он хорошо знал некоторых обвиняемых, помогал с адвокатами.

— Но меня не было ни в квартире, ни в подвале. Я сдал ДНК в геномную базу, чтобы доказать свою непричастность. Не было ни очных ставок, ни опознания. Уже после того как я появился в деле как обвиняемый, появились показания против меня от двух свидетелей, они дали их под давлением, чтобы самим не стать обвиняемыми. Потерпевший в показаниях на суде опознал меня на видео [с камер наблюдения], показанном следователем, со спины и по кроссовкам. Я в первый раз увидел потерпевшего на суде, — утверждает Андрей.

На вопрос, кто же был еще на том видео, парни ответили официальной формулировкой: «Неустановленные лица».

— Почему ваш знакомый не пошел в полицию, когда его кинули, а обратился к вам? — спросили мы у Александра с Сергеем.

Ответил Александр:

— У меня на этот вопрос нет ответа… С другой стороны, те пятеро-шестеро человек, которые тоже пострадали от этого мебельщика, написали коллективное заявление, чтобы его привлекли за мошенничество. И что из этого вышло? Какое-то время [заявление] пинали между своими отделами, потом пришла отказная. Никто не будет этим заниматься, а он будет так же себя вести. У нас не было цели обогатиться, просто нужно было, чтобы он сделал мебель. Хотели проучить этого осла, что нельзя кидать бабушек, женщин. Чтобы пришло понимание: будешь кидать — рано или поздно к тебе кто-то приедет. Но это не заходило за рамки дозволенного. Думал, от того, что пощечин надаю, он не умрет, но, может, что-то в голове у него проявится. Судите меня за то, что я совершил: за побои, за самоуправство. Но я не моральный урод, чтобы насиловать и угрожать семье, которая ни в чем не виновата. Заказ он, кстати, так и не выполнил, деньги не вернул.

Как проходило заседание суда, на котором был вынесен приговор, читайте в нашем репортаже.

К сожалению, надо признать, что с мошенниками обычным гражданам действительно бывает трудно бороться. Так, жительница Екатеринбурга Ирина вместе с пожилой мамой стала жертвой мебельщика-кидалы. Они долго не могли добиться возбуждения уголовного дела. Представители правоохранительных органов советовали им обратиться к знакомым мужчинам, хотя предупреждали: «Если бить, то аккуратно». Уголовного расследования удалось добиться только после того, как пострадавшая дошла до московского руководства. Для нее было делом принципа — наказать мошенника по закону. В итоге мебельщика приговорили к трем годам принудительных работ.

В другом случае бизнесмен обманул больше двух десятков заказчиков на миллионы рублей. Он брал полную оплату на строительство домов, бросал стройку в самом начале — и так по кругу. Пострадавшие, подключив адвокатов, с трудом добились уголовного дела. Полиция успешно его расследовала, но обвиняемый, отпущенный судом под подписку о невыезде, скрылся перед вынесением приговора.